Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

котенок

"Первое впечатление" - 36.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

         РАДИЩЕВ

Ему потупиться бы скромно:
Живи один, себя спасай.
Радищев! "Чудище огромно,
Стозевно, обло и лаяй".
Танцуй - вельможа, пахарь - бедствуй.
Покой душевный возлюбя,
Не хлопочи, не путешествуй
И не смотри вокруг себя.
Но под родными небесами,
Встречая барство и разбой,
Он обливается слезами
И нас не слушает с тобой.
Несовершенным мирозданьем
Во все века и времена
И человеческим страданьем
Его душа уязвлена.
И вот стучит ногами гневно,
Кричит и требует воды
Богоподобная царевна
Киргиз-Кайсацкия орды!
А зло темно и вероломно.
Сибирь. Приехал. Вылезай.
Радищев! "Чудище огромно,
Стозевно, обло и лаяй".
котенок

"Первое впечатление" - 29.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

НА ПАРОХОДЕ

Расставанья,
расстоянья.
Письма,
залы ожиданья.
Привыканья
к пререканьям
и казённым простыням.
Приставанья к пристаням.
И ночной воды
плесканье,
и речной звезды
сверканье,
и простаиванье там.
А кого-то звали Лёхой.
"Слышишь, Лёха! Тюк бери".
Продвиженье
встречных грузов,
прохожденье
тёмных шлюзов,
суета и суматоха,
цепи, башни, фонари.
По ночам будил поляны
окрик сиплого гудка,
заползали в сны туманы,
залетали облака.
Городов ночные чары!
Чебоксары! Чебоксары!
Утром встанешь у перил,
глянешь на воду убито:
что-то важное забыто,
и не вспомнить, что забыл...
котенок

"Первое впечатление" - 9.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

ШЕСТЫЕ ЭТАЖИ

Улетают дома на рассвете,
Словно нет ни замков, ни мышей.
Но четвёртый,
И пятый,
И третий
Отстают от шестых этажей.
Остаются.
Толпятся над нами,
Всеми окнами сразу глядят
И горят голубыми огнями.
А шестые - по небу летят.
А шестые - в Москву улетают
На собранье шестых этажей.
И пока они в небе растают,
Гул доходит до наших ушей.
котенок

"Первое впечатление" - 4.

Александр Кушнер.

          * * *

Ветра невского свирепость.
Детство ясное моё!
Петропавловская крепость,
Золотое остриё!

Дождь запнётся над Рыбацкой
И проходит стороной,
За зелёной Петроградской-
Самой светлой стороной.

Здесь шаги легки и гулки,
И, холодный свет лия,
В каждом тихом переулке-
Петропавловка своя!

Над рядами окон ясных
Золотое остриё.
Сколько улиц - столько разных
Впечатлений от неё.

Мы с моим мужем Андреем любили Питер больше, чем Москву. И мечтали переехать из Москвы в Питер. Но... Мечты так и остались мечтами...
котенок

"Летучий ковёр" - 57.

РАЗДЕЛ "БАЛЛАДЫ"

Продолжу и закончу перепечатывать стихотворение "Волшебная сила искусства".

                ВОЛШЕБНАЯ СИЛА ИСКУССТВА (продолжение и окончание)

                                                                                                Н. Эйдельману

- Но я не клал! - вскричал Капнист, точа скупые слезы.-
Я ж только выставил порок по правилам искусств!
Но я ж его изобличил - за что ж меня в железы?
А в пятом акте истребил - за что ж меня в Иркутск?

Меж тем кузнец его ковал, с похмелья непроворно.
А тут ещё один гонец летит во весь опор.
Василь Васильевич Капнист взглянул, вздохнул покорно,
И рухнул русский Ювенал у позлащённых шпор...

Текли часы...
Очнулся он, задумчивый и вялый.
Маленько веки разлепил и посмотрел в просвет:
- Что, братец, там за городок: уже Иркутск, пожалуй?
"Пожалуй, барин, Петербург", - последовал ответ.

- Как Петербург? - шепнул Капнист, лишаясь дара смысла.
"Вас, барин, велено вернуть до вашего двора.
А от морозу и вопче - медвежий полог прислан,
И велено просить и впредь не покладать пера".

Да! Испарился царский гнев уже в четвёртом акте,
Где змей порока пойман был и не сумел уползть.
"Сие мерзавцу поделом!" - царь молвил и в антракте
Послал гонца вернуть творца, обёрнутого в полсть.

Всё ближе, ближе Петербург, и вот уже застава,
И в пятом акте царь вскричал: "Василий! Молодец!"
И на заставе ждёт уже дворцовая подстава,
И только прах из-под копыт, и махом - во дворец!

Василь Василич на паркет в чём был из полсти выпал.
И тут ему - и водки штоф, и пряник - закусить.
"У, негодяй! - промолвил царь и... золотом осыпал.-
Пошто заставил ты меня столь много пережить?"

Во как было в прежние годы,
Когда не было свободы!

Здесь заканчивается раздел "Баллады".
котенок

"Нежданное" - 140.

ЛЮБОВЬ ГАЛИЦКАЯ

          ПО ПОДМОСКОВЬЮ

Ах, перелески! Ах, берёзы!
Ах, Русью пахнет! Ах, краса!
Текут от умиленья слёзы,
От гордости текут слова.

Я в первый раз Россию вижу
Не на картинке, а живой.
И к сердцу ближе, ближе, ближе.
Шальной поток любви большой.

Вот лес, тут оживают сказки.
Тут три медведя, волк, лиса -
И вспоминаешь мамы ласки,
И детства слышишь голоса.

Из-под колёс бежит дорога.
Ах, русской тройки колдовство!
Для счастья нужно так немного -
Любовь к Отчизне, душ родство.

Продолжение следует.
котенок

Из журнала "Юность" 1980 года...

Продолжаю перепечатывать подборки своих стихотворений из старых журналов.

ЖУРНАЛ "ЮНОСТЬ" 1980, №1, стр. 44.

МАРИНА ВИРТА
Москвичка, окончила математический факультет Московского государственного педагогического института им. В. И. Ленина. Преподает математику в средней школе.

* * *
Как при Блоке - лиловые складки,
Полусумрак и полупокой.
И всё в том же знакомом порядке
Возникает строка за строкой.
Как при Блоке - пустые подъезды,
Ночь и гулкое эхо шагов.
И во мне возникают подтексты
Самых светлых на свете стихов.
Как при Блоке - метель не стихает.
И в любых закоулках Москвы,
Где ни спрячься, везде настигает
Тот пронзительный ветер с Невы.

* * *
Я прибегу к нему с вокзала.
Спрошу, не поднимая глаз:
"Простите, я не опоздала?"
"Ах, что вы, что вы, в самый раз".
Полупоклон отвесит в шутку,
Поправит свой воротничок
И бережно повесит шубку
И сумку на пустой крючок.
"Как вы точны! Ну, проходите".
Откроет двери в кабинет.
"Садитесь. Может, вы хотите
С дороги есть?" - "Спасибо, нет".
"А чаю?" - "Только если с вами".
И наконец я уловлю:
Нам незачем играть словами,
Плывут у нас над головами
Одни слова: "Я вас люблю..."

* * *
Снова ветер в голове,
Снова легкая походка...
А в Москве, в Москве, в Москве
Ленинградская погодка.
Мокрым воздухом дышу
И, как старая шарманка,
Целый день произношу:
Невский, Марсово, Фонтанка.
Над Москвой, Москвой, Москвой
Ленинградское ненастье...
Боже мой, какое счастье,
Ты живой. Живой. Живой!
котенок

Что такое интуиция?

Я часто думаю: что такое интуиция?
Это произошло 9 мая 1974 года, в День Победы. Мама и отчим уехали на несколько дней в пансионат под Звенигородом. И вдруг меня почему-то со страшной силой потянуло навестить их, повидаться с ними. Одновременно я прекрасно понимала, что видеть их мне совершенно не хочется, что лучше я День Победы проведу в Москве со своим папой - фронтовиком. А отчима мне бы сто лет не видать...
И все-таки я поехала. До Звенигорода путь неблизкий, а там еще надо было очень долго ждать автобус, который ехал до пансионата.
Наконец добралась. В пансионате как раз был обед, все отдыхающие сидели в пансионатской столовой. Я вошла в столовую и стала искать маму и отчима. За каждым столом сидели четыре - пять - шесть человек. Я разглядела маму и отчима и подошла к ним. С ними за столом сидела немолодая, очень симпатичная женщина и молодой мужчина. Он принес еще один стул, и я села рядом с ними.
Не буду тянуть, сразу скажу: это был Андрей, мой будущий муж. А немолодая, очень симпатичная женщина - его мама, Ирина Ивановна, моя будущая свекровь. Оказалось, что Андрей приехал навестить свою маму в День Победы. Приехал незадолго до меня.
Мы с Андреем сразу зацепились взглядами, а после обеда отправились гулять. Ходили долго-долго. Андрей рассказал мне, что он - геолог, а я ему - что я училка математики. (Я тогда работала в 57-ой школе.)
В Москву мы вернулись вместе с Андреем. Потом стали часто встречаться, гуляли по Москве. Андрей с Ириной Ивановной часто приглашали меня к себе домой.
Короче говоря, 4-го октября 1974 года мы с Андреем поженились. И прожили до 2009-го года, когда он ушел от нас от неизлечимого онкологического заболевания...
Так что же это за штука такая - интуиция, которая 9-го мая 1974 года подняла меня с дивана и отправила в пансионат под Звенигородом, где я встретила свою судьбу?..
котенок

Николай Панченко. "Обелиски в лесу" - 10.

4. ЛЮБОВЬ

* * *
Я жизнь свою, как песню, правил,
глушил пристрастье к пустякам.
Я не завидую ни славе,
ни удивительным стихам,
ни красоте, ни буйной силе,
ни страсти мудрой, как вино,
ни новым гениям России -
мне все дано,
мне все дано!
Но в тайне сердца зреет завязь -
в ней соки истинных начал:
о, дай мне, жизнь, слепую зависть
к любви, которой не встречал!
1947-1958

* * *
Вагон, тащи меня, тащи!
Пусть солнце смотрит косо.
Пусть липы желтые плащи
бросают под колеса.
Гони, сомненья обгони,
чтоб в окнах даль рябила.
Пусть даже красные огни
мне выкинет рябина.
Пусть все скрипит из всех углов:
"Неправ ты!" - и тогда мне
надежный взгляд, короткий вздох -
и цель и оправданье.
Тащи без страха под уклон,
бери подъемы с ходу.
Тащи, вагон!
Тащи в огонь!
Тащи в огонь и в воду!

ОСЕНЬ В КАЛУГЕ

В Калуге - осень. Желтая трава.
С деревьев осыпь под ноги ложится:
им хочется скорее обнажиться.
А ты убрала руки в рукава.
Уже не веришь солнечным лучам.
Снуют в глазах испуганные осы.
И косы позолоченную осень
струят по коверкотовым плечам.
А знаешь, ты, наверное, права:
мы сладкий миг, как в сотне книг,
развозим...
В Калуге - осень.
Под Калугой - озимь,
зеленая, весенняя трава.
котенок

"Снежная суббота" - 9.

                 *    *    *  
Я сама все это предсказала,
Но забыла в навороте дел.
Ветерок с Обводного канала
Над московским домом шелестел.
Я предвидела - едва заплачет
Ленинградский дождик над Невой,
На мосту две тени замаячат.
Ну конечно, это мы с тобой.
Что же дальше? Я не успокоюсь
Ни теперь, ни после - до седин.
Дальше вижу - уходящий поезд,
Вижу мост, где ты стоишь один.

              *    *    * 
Следя за каждою строкою,
К столу пригнулась и сижу,
И, как незрячая, рукою
По фотографии вожу.
За этим лбом - какие мысли?
И взгляд застыл - на чем, на ком?
Густые волосы нависли
Над поднятым воротником.
Анализировать, копаться
В стихах - какие пустяки!
Я лучше кончиками пальцев
Дотронусь до твоей щеки.
Не знаю, что нас ждет в конце.
Но в это самое мгновенье
Ты ощутишь прикосновенье,
Как сквознячок, как дуновенье,
Как паутинку на лице.

             *    *    *  
А это имя, только назови, -
Торопится тяжелый след оставить.
Услужливо подсовывает память
Примеры неудавшейся любви,
Не собственной, чужой.
Но все равно
Ни днем, ни ночью нет от них покоя.
За что мне наказание такое,
На сколько лет мне послано оно?
Один не выдержал, другой не перенес,
Рехнулся третий - нет конца заботам.
И я сама играю, как по нотам,
Спектакль из слов, улыбочек и слез.

           *    *    * 
Лето. Солнце. Тучи пыли.
Пересохшая река.
Вас когда-нибудь любили
Просто так, издалека?
Вам когда-нибудь писали
Письма на черновике?
Вам когда-нибудь гадали
По натруженной руке?
И, уткнувшись в Вашу руку,
В доброту и духоту,
Говорили, что разлуку
Пережить невмоготу?
И потом, скрывая слезы,
Прибегали к Вам опять?
...А подобные вопросы
Рисковали задавать?

           *    *    *  
Предельно сухо и логично
Я на письмо пишу ответ.
Людская логика двоична,
Разделена на "да" и "нет".
Но что-то третье мне мешает,
Когда я голос подаю.
Но что-то третье вымещает
На мне непознанность свою.
Так пусть поможет это "что-то"
Тебе, при всем твоем уме,
В сухом и скованном письме
Услышать жалобную ноту!

          *    *    *  
Отдельно - своей вине,
Отдельно - о своей Неве,
О том, как дождь хлестал в окне
И растекался по траве.
И было: вспененный простор,
Дрожанье век и впалость щек,
Окно, глядящее во двор
На черный мусорный бачок.
Прибило выдумки, как пыль,
Внезапно хлынувшим дождем,
Лишь возносился к небу шпиль
С промокшим ангелом на нем.
Два отражения в реке,
В руке - смятенье, а не прыть.
Но о реке и о руке
Давай отдельно говорить.

          *    *    * 
Снова ветер в голове,
Снова легкая походка...
А в Москве, в Москве, в Москве
Ленинградская погодка.
Мокрым воздухом дышу
И, как старая шарманка,
Целый день произношу:
Невский, Марсово, Фонтанка.
Ты живой. Живой. Живой!
Боже мой, какое счастье...
Ленинградское ненастье
Над Москвой, Москвой, Москвой.