Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

котенок

Анна Наль. "Имя" - 18.

Раздел "Твой город".

ПУТЕШЕСТВИЕ В ПАВЛОВСК

Ты помнишь, так осеребренно
ивняк летел вдоль полотна,
мерцая солнечно и ровно,
как плёс, колышимый до дна
ребристым ветром, и вагоны
В окно нанизывали лес,
церквушки, скотные загоны,
стога, укрытые в навес
дощатый, женщин у разъезда
с лопатами и точки птиц
у края облака над крышей;
и поезд, как борзая, рыщет
и гонит вдаль перед собой
комочек тучи серым зайцем
на горизонте. Ты же занят
перемещеньем верениц
вчерашних мыслей об отъезде -
хоронишь друга, о вражде
с картонным критиком-паяцем,
о том, что нам с тобой приняться
за ум пора: семейный дом,
и хорошо, чтоб сразу - двойня,
да вот еще - три дня дождей,
а нынче солнце - глянуть больно,
сентябрь, но это не о том...
Ты помнишь, как мы подъезжали
под Павловск. От платформы шла
тропинка вся в репьях, как жалость
к минувшему. Не помни зла,
смотри на воду - с ней деревья
вошли в пожизненный контракт,
и флейты ив ложатся в такт
смятенью скрипок и бореев.
Но здесь сейчас ни ветерка,
и только звонкий подголосок
сквозит по водорослям в осень,
чуть различимую в басах
дубов, сосною приглушенных,
и редкий лист осиной шерсткой
вдруг золотится на кустах.
И парк рассказывает мифы
телами лёгкими богинь,
и ты гекзаметром окинь
неторопливый ход событий
в друг друга льющихся прудов,
мостов, впадающих друг в друга
травой игрушечного луга,
и задержи цезурой вдох
дыханья мерного аллеи
возле лотка с галантереей.
Купи в палатке лимонад.
День пал к шести, пора назад.
И, как струя, осеребрённо
летит ивняк вдоль полотна,
опять смешаются вагоны
с тем, что увидел из окна.
И ты нанизываешь вечер
на птиц, и птиц - на облака.
А я твержу - пора за вечность
приняться, осень так близка.
котенок

"Первое впечатление" - 36.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

         РАДИЩЕВ

Ему потупиться бы скромно:
Живи один, себя спасай.
Радищев! "Чудище огромно,
Стозевно, обло и лаяй".
Танцуй - вельможа, пахарь - бедствуй.
Покой душевный возлюбя,
Не хлопочи, не путешествуй
И не смотри вокруг себя.
Но под родными небесами,
Встречая барство и разбой,
Он обливается слезами
И нас не слушает с тобой.
Несовершенным мирозданьем
Во все века и времена
И человеческим страданьем
Его душа уязвлена.
И вот стучит ногами гневно,
Кричит и требует воды
Богоподобная царевна
Киргиз-Кайсацкия орды!
А зло темно и вероломно.
Сибирь. Приехал. Вылезай.
Радищев! "Чудище огромно,
Стозевно, обло и лаяй".
котенок

"Первое впечатление" - 29.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

НА ПАРОХОДЕ

Расставанья,
расстоянья.
Письма,
залы ожиданья.
Привыканья
к пререканьям
и казённым простыням.
Приставанья к пристаням.
И ночной воды
плесканье,
и речной звезды
сверканье,
и простаиванье там.
А кого-то звали Лёхой.
"Слышишь, Лёха! Тюк бери".
Продвиженье
встречных грузов,
прохожденье
тёмных шлюзов,
суета и суматоха,
цепи, башни, фонари.
По ночам будил поляны
окрик сиплого гудка,
заползали в сны туманы,
залетали облака.
Городов ночные чары!
Чебоксары! Чебоксары!
Утром встанешь у перил,
глянешь на воду убито:
что-то важное забыто,
и не вспомнить, что забыл...
котенок

"Первое впечатление" - 9.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

ШЕСТЫЕ ЭТАЖИ

Улетают дома на рассвете,
Словно нет ни замков, ни мышей.
Но четвёртый,
И пятый,
И третий
Отстают от шестых этажей.
Остаются.
Толпятся над нами,
Всеми окнами сразу глядят
И горят голубыми огнями.
А шестые - по небу летят.
А шестые - в Москву улетают
На собранье шестых этажей.
И пока они в небе растают,
Гул доходит до наших ушей.
котенок

"Первое впечатление" - 4.

Александр Кушнер.

          * * *

Ветра невского свирепость.
Детство ясное моё!
Петропавловская крепость,
Золотое остриё!

Дождь запнётся над Рыбацкой
И проходит стороной,
За зелёной Петроградской-
Самой светлой стороной.

Здесь шаги легки и гулки,
И, холодный свет лия,
В каждом тихом переулке-
Петропавловка своя!

Над рядами окон ясных
Золотое остриё.
Сколько улиц - столько разных
Впечатлений от неё.

Мы с моим мужем Андреем любили Питер больше, чем Москву. И мечтали переехать из Москвы в Питер. Но... Мечты так и остались мечтами...
котенок

"Летучий ковёр" - 57.

РАЗДЕЛ "БАЛЛАДЫ"

Продолжу и закончу перепечатывать стихотворение "Волшебная сила искусства".

                ВОЛШЕБНАЯ СИЛА ИСКУССТВА (продолжение и окончание)

                                                                                                Н. Эйдельману

- Но я не клал! - вскричал Капнист, точа скупые слезы.-
Я ж только выставил порок по правилам искусств!
Но я ж его изобличил - за что ж меня в железы?
А в пятом акте истребил - за что ж меня в Иркутск?

Меж тем кузнец его ковал, с похмелья непроворно.
А тут ещё один гонец летит во весь опор.
Василь Васильевич Капнист взглянул, вздохнул покорно,
И рухнул русский Ювенал у позлащённых шпор...

Текли часы...
Очнулся он, задумчивый и вялый.
Маленько веки разлепил и посмотрел в просвет:
- Что, братец, там за городок: уже Иркутск, пожалуй?
"Пожалуй, барин, Петербург", - последовал ответ.

- Как Петербург? - шепнул Капнист, лишаясь дара смысла.
"Вас, барин, велено вернуть до вашего двора.
А от морозу и вопче - медвежий полог прислан,
И велено просить и впредь не покладать пера".

Да! Испарился царский гнев уже в четвёртом акте,
Где змей порока пойман был и не сумел уползть.
"Сие мерзавцу поделом!" - царь молвил и в антракте
Послал гонца вернуть творца, обёрнутого в полсть.

Всё ближе, ближе Петербург, и вот уже застава,
И в пятом акте царь вскричал: "Василий! Молодец!"
И на заставе ждёт уже дворцовая подстава,
И только прах из-под копыт, и махом - во дворец!

Василь Василич на паркет в чём был из полсти выпал.
И тут ему - и водки штоф, и пряник - закусить.
"У, негодяй! - промолвил царь и... золотом осыпал.-
Пошто заставил ты меня столь много пережить?"

Во как было в прежние годы,
Когда не было свободы!

Здесь заканчивается раздел "Баллады".
котенок

"Нежданное" - 140.

ЛЮБОВЬ ГАЛИЦКАЯ

          ПО ПОДМОСКОВЬЮ

Ах, перелески! Ах, берёзы!
Ах, Русью пахнет! Ах, краса!
Текут от умиленья слёзы,
От гордости текут слова.

Я в первый раз Россию вижу
Не на картинке, а живой.
И к сердцу ближе, ближе, ближе.
Шальной поток любви большой.

Вот лес, тут оживают сказки.
Тут три медведя, волк, лиса -
И вспоминаешь мамы ласки,
И детства слышишь голоса.

Из-под колёс бежит дорога.
Ах, русской тройки колдовство!
Для счастья нужно так немного -
Любовь к Отчизне, душ родство.

Продолжение следует.
котенок

Из журнала "Юность" 1980 года...

Продолжаю перепечатывать подборки своих стихотворений из старых журналов.

ЖУРНАЛ "ЮНОСТЬ" 1980, №1, стр. 44.

МАРИНА ВИРТА
Москвичка, окончила математический факультет Московского государственного педагогического института им. В. И. Ленина. Преподает математику в средней школе.

* * *
Как при Блоке - лиловые складки,
Полусумрак и полупокой.
И всё в том же знакомом порядке
Возникает строка за строкой.
Как при Блоке - пустые подъезды,
Ночь и гулкое эхо шагов.
И во мне возникают подтексты
Самых светлых на свете стихов.
Как при Блоке - метель не стихает.
И в любых закоулках Москвы,
Где ни спрячься, везде настигает
Тот пронзительный ветер с Невы.

* * *
Я прибегу к нему с вокзала.
Спрошу, не поднимая глаз:
"Простите, я не опоздала?"
"Ах, что вы, что вы, в самый раз".
Полупоклон отвесит в шутку,
Поправит свой воротничок
И бережно повесит шубку
И сумку на пустой крючок.
"Как вы точны! Ну, проходите".
Откроет двери в кабинет.
"Садитесь. Может, вы хотите
С дороги есть?" - "Спасибо, нет".
"А чаю?" - "Только если с вами".
И наконец я уловлю:
Нам незачем играть словами,
Плывут у нас над головами
Одни слова: "Я вас люблю..."

* * *
Снова ветер в голове,
Снова легкая походка...
А в Москве, в Москве, в Москве
Ленинградская погодка.
Мокрым воздухом дышу
И, как старая шарманка,
Целый день произношу:
Невский, Марсово, Фонтанка.
Над Москвой, Москвой, Москвой
Ленинградское ненастье...
Боже мой, какое счастье,
Ты живой. Живой. Живой!
котенок

Что такое интуиция?

Я часто думаю: что такое интуиция?
Это произошло 9 мая 1974 года, в День Победы. Мама и отчим уехали на несколько дней в пансионат под Звенигородом. И вдруг меня почему-то со страшной силой потянуло навестить их, повидаться с ними. Одновременно я прекрасно понимала, что видеть их мне совершенно не хочется, что лучше я День Победы проведу в Москве со своим папой - фронтовиком. А отчима мне бы сто лет не видать...
И все-таки я поехала. До Звенигорода путь неблизкий, а там еще надо было очень долго ждать автобус, который ехал до пансионата.
Наконец добралась. В пансионате как раз был обед, все отдыхающие сидели в пансионатской столовой. Я вошла в столовую и стала искать маму и отчима. За каждым столом сидели четыре - пять - шесть человек. Я разглядела маму и отчима и подошла к ним. С ними за столом сидела немолодая, очень симпатичная женщина и молодой мужчина. Он принес еще один стул, и я села рядом с ними.
Не буду тянуть, сразу скажу: это был Андрей, мой будущий муж. А немолодая, очень симпатичная женщина - его мама, Ирина Ивановна, моя будущая свекровь. Оказалось, что Андрей приехал навестить свою маму в День Победы. Приехал незадолго до меня.
Мы с Андреем сразу зацепились взглядами, а после обеда отправились гулять. Ходили долго-долго. Андрей рассказал мне, что он - геолог, а я ему - что я училка математики. (Я тогда работала в 57-ой школе.)
В Москву мы вернулись вместе с Андреем. Потом стали часто встречаться, гуляли по Москве. Андрей с Ириной Ивановной часто приглашали меня к себе домой.
Короче говоря, 4-го октября 1974 года мы с Андреем поженились. И прожили до 2009-го года, когда он ушел от нас от неизлечимого онкологического заболевания...
Так что же это за штука такая - интуиция, которая 9-го мая 1974 года подняла меня с дивана и отправила в пансионат под Звенигородом, где я встретила свою судьбу?..
котенок

Николай Панченко. "Обелиски в лесу" - 10.

4. ЛЮБОВЬ

* * *
Я жизнь свою, как песню, правил,
глушил пристрастье к пустякам.
Я не завидую ни славе,
ни удивительным стихам,
ни красоте, ни буйной силе,
ни страсти мудрой, как вино,
ни новым гениям России -
мне все дано,
мне все дано!
Но в тайне сердца зреет завязь -
в ней соки истинных начал:
о, дай мне, жизнь, слепую зависть
к любви, которой не встречал!
1947-1958

* * *
Вагон, тащи меня, тащи!
Пусть солнце смотрит косо.
Пусть липы желтые плащи
бросают под колеса.
Гони, сомненья обгони,
чтоб в окнах даль рябила.
Пусть даже красные огни
мне выкинет рябина.
Пусть все скрипит из всех углов:
"Неправ ты!" - и тогда мне
надежный взгляд, короткий вздох -
и цель и оправданье.
Тащи без страха под уклон,
бери подъемы с ходу.
Тащи, вагон!
Тащи в огонь!
Тащи в огонь и в воду!

ОСЕНЬ В КАЛУГЕ

В Калуге - осень. Желтая трава.
С деревьев осыпь под ноги ложится:
им хочется скорее обнажиться.
А ты убрала руки в рукава.
Уже не веришь солнечным лучам.
Снуют в глазах испуганные осы.
И косы позолоченную осень
струят по коверкотовым плечам.
А знаешь, ты, наверное, права:
мы сладкий миг, как в сотне книг,
развозим...
В Калуге - осень.
Под Калугой - озимь,
зеленая, весенняя трава.