Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

котенок

"Имя" - 5.

Раздел "Имя".

         *  *  *

Плывут воздушные кораблики,
кленовые листы,
и я дождями, словно граблями,
на дне сгребаю их. И ты
в лучах, где светится гроза ещё,
ресниц качая плавники,
плывёшь по каплям ускользающим
вдоль по течению руки.
Я отведу твоё движение,
губами выплесну: постой!-
кто научил впервые женщину
так задыхаться под водой?
Хватаю пальцами, как жабрами,
я дождевые пузыри,
а воздух, досуха отжатый,
переливается внутри.
И тонут тёмные кораблики,
осенние листы,
и лужи круглые, как крабы,
лежат на просеках пустых.
Словно земля подводна заново,
тысячелетья впереди,
и я твой лес, залитый заживо,
должна наощупь перейти.
котенок

"Первое впечатление" - 34.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

           ГОТОВАЛЬНЯ

За взрослостью, за далью дальней,
За всем, что кончилось давно,
Я помню первой готовальни
Темно-зеленое сукно.
Рейсфедер в ямке, и чудесный
Пенальчик с грифелями в нём,
И сбоку стерженёк железный,
Отодвигаемый ногтём.
Я поднимал холодный циркуль
И раздвигал его. И вот,
Как будто он пришёл из цирка,
Блестящий делал поворот.
И, демонстрируя всю точность,
Свой непременный идеал,
Он возвращался в ту же точку,
С которой лихо начинал.
Прощайте, душные чернила!
Мне тушь любезна и мила!
И геометрия царила,
И в ней гармония была.
Мои младенческие вкусы
Стояли с веком наравне.
А за окном шептались Музы,
Все девять, споря обо мне...
котенок

"Первое впечатление" - 33.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

        РИСУНОК

Ни царств, ушедших в сумрак,
Ни одного царя -
Ассирия! - рисунок
Один запомнил я.

Там злые ассирийцы
При копьях и щитах
Плывут вдоль всей страницы
На бычьих пузырях.

Так чудно плыть без лодки!
И брызги не видны,
И плоские бородки
Касаются волны.

Так весело со всеми
Качаться на волне.
"Эй, воин в остром шлеме,
Не страшно на войне?

Эй, воин в остром шлеме,
Останешься на дне!"
Но воин в остром шлеме
Не отвечает мне.

Совсем о них забуду,
Бог весть в каком году
Я в хламе рыться буду-
Учебник тот найду

В картонном переплёте.
И плеск услышу в нём.
"Вы всё ещё плывёте?"-
"Мы всё ещё плывём!"
котенок

"Первое впечатление" - 30.

Продолжаю перепечатывать (переиздавать) книгу Александра Кушнера "Первое впечатление", которая была издана в 1962-ом году.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

     НА ТЕЛЕГРАФЕ

На телеграфе грустен юмор.
Удобен способ телеграмм,
Но слово "жив" и слово "умер"
Равны по стоимости там.
На телеграфе учат стилю.
Ни лишних слов, ни запятой.
О, сколько раз мы подходили
К перегородке золотой!
И: "Кто последний? Я за вами".
И маялись невдалеке
С пятью тяжелыми словами
На вытянутой руке.
И карандаш телеграфистки
Над нашим горем замирал.
И на рассвете наших близких
Звонок с постели поднимал.
котенок

"Первое впечатление" - 12.

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

               * * *
Телефонный звонок и дверной-
Словно ангела два надо мной.
Вот сорвался один и летит,
Молоточек в железку стучит.
В это время другой со стены
Грянул вниз - и с другой стороны.
И, серебряным звоном звеня,
Разрывают на части меня.
И дерутся, пока я стою,
За бессмертную душу мою.
Ноги - к двери, а к трубке - рука,
Вот и замерли оба звонка.
Телефонный звонок и дверной-
Словно ангела два надо мной.
Опекают меня и хранят.
Всё в порядке, покуда звонят.

Напомню: сборник стихотворений Александра Семёновича Кушнера "Первое впечатление" вышел в свет в 1962-ом году в издательстве "Советский писатель". А подарил он мне её со своим автографом 17-го сентября 1980-го года, когда я была в Ленинграде.
котенок

"Летучий ковёр" - 162.

РАЗДЕЛ "СОВРЕМЕННЫЕ МОТИВЫ"

          НАША ПАМЯТЬ

Освенцим... Бухенвальд...
Дахау... Равенсбрюк...
Поедем, друг, на фестиваль
И встанем в общий круг!
Поляк в обнимку с немцем,
Под ручку с венгром негр,-
На что им твой Освенцим
И прах могильных недр?!

Дахау... Бухенвальд...
Уж сколько лет прошло!
Могилы выгладил асфальт,
Взгляните на число.
Былого не поправить.
Чего же мы хотим?
На что им наша память,
Молоденьким таким?

Молоденьким таким
Молоденький такой
В затылки круглые стрелял,
И стлался чёрный дым.
Потом на трибунале
Он искренне кричал:
"Откуда же мы знали,
Что всё придёт к печам?!"
котенок

Годовщина снятия блокады Ленинграда.

Сегодня - годовщина снятия блокады Ленинграда.
Эти свои стихотворения я уже публиковала в Живом журнале. Но сегодня выложу их снова.

Мои стихотворения из "Снежной субботы":

                     * * *
...Так смотрим на себя со стороны,
Как будто сами продлеваем взгляды,
Которые на нас устремлены
Из дистрофичных сумерек блокады.
Чем им ответить? Кто из нас - сумел?
И снова возникают на рассвете
Чернеющий Исаакий, артобстрел,
Над полыньей склонившиеся дети.
Как холодна вода из полыньи!
И мы не смеем лгать и притворяться.
Товарищи надежные мои,
Печальные седые ленинградцы,
Давайте сцепим руки над столом,
И помолчим, и убедимся снова,
Что ищем, что когда-нибудь найдем
Достойное невыспренное слово.

               * * *
Оставлю в скверике скамью,
Сверну на площадь наудачу,
Под теплым снегом постою,
От тихой радости заплачу.
А на Неве, на грязном льду,
Вороны серые скучают,
Они хандру обозначают,
Я поскорей от них уйду.
А снег разлегся на кустах,
Кусты пушисты и красивы.
Но почему в моих ушах
Гремят тяжелые разрывы?
Как пуст зимою Летний сад,
Как мерзнут руки в рукавицах!
Война. Блокада. Ленинград.
Две "шпалы" в папиных петлицах.

               * * *
Он не оставил этот город,
Он с ним делил и тьму, и голод,
И смерть. И не искал наград.
И не покинул Ленинград.
Как странно - внучка ленинградца,
Погибшего зимой в блокаду,
Я приезжаю любоваться
На купола и на ограду,
И на мерцание воды,
И на прошедшего следы.
...Он шел, под ветром наклонясь,
За ним по льду гремели санки,
Он жил по аркой у Фонтанки,
А я еще не родилась.
Но намечалась эта связь:
Худой старик в пальто из драпа,
На ленинградском фронте папа
И я. (Еще не родилась.)
Так вот откуда у москвички
Такие странные привычки:
Чуть что - и бросила дела,
И снова "Красная стрела".
И память на меня всю ночь
Глаза бессонные таращит.
Мой дед - он санки еле тащит,
И я должна ему помочь.
котенок

"Летучий ковёр" - 142.

РАЗДЕЛ "КАЛЕЙДОСКОП"

   ПЕСНЯ АМЕРИКАНСКИХ БРОДЯГ

Канзас, Алабама, Дакота,
Дакота и вновь Арканзас,
В одном Цинциннати
Пять раз и некстати-
Где только не видели нас!
Нью-Йорк, Нью-Париж и Нью-Дели,
Сан-Паулу и Сан-Луи
Никак нас с тобой отпускать не хотели
По случаю нежной любви!

Колумб и Магеллан
Открыли много стран-
Да здравствуют герои!
Мы пьём за их успех!
Но когда сочтут все мили,
Сколько мы с тобой покрыли,
То, пожалуй, выйдет втрое больше всех!

Наш век недостоин героев:
Наш век изнемог от бумаг.
Все нью-магелланы, орлы-капитаны
Причислены к классу бродяг!

Оседлость заела планету,
За всё предъявляйте билет!
Ну, нету его у нас! Нету и нету-
С тех пор как родились на свет!

И в рюмке пусто, и в сумке шиш,
И в брюхе - суховей.
Но я не плачу, и ты не грустишь.
А это немало, ей-ей!
котенок

"Летучий ковёр" - 64.

РАЗДЕЛ "ЛЮБОВЬ НА ВСЕ ЛАДЫ"

     МОЙ ПАПАША БЫЛИ ДВОРНИК

Мой папаша были дворник,
А мамаша - барыня,
Да будь вы граф иль подзаборник -
Все одинаково
                         вы мне родня.

Где теперь чины и судьи?
Все свободны, каждый прав.
Подзаборник вышел в люди,
А под забором плачет граф...

Ах, любовь, ты так прекрасна!
Все равны - всем всё равно.
Люблю я белое,
люблю я красное -
Нет-нет, не знамя - а вино!

         Где тройка с посвистом,
         Попойка с ротмистром?
         Того, что сгинуло,
         Не жалей!
         Рвань шинельная,
         Шпана панельная,
         Кому любовь мою
         За пять рублей?
котенок

"Летучий ковёр" - 60.

РАЗДЕЛ "ЛЮБОВЬ НА ВСЕ ЛАДЫ"

        АННА ЯРОСЛАВНА

- Анна-Аннушка, куда собралась?
Ты же, милая, не рыцарь, не князь,
В поле скачет печенег на коне,
Рыщет по морю варяг на ладье.

- Я копьём от печенега отобьюсь,
Соболями от варяга откуплюсь,
Где проеду, где пешком перейду -
А иначе как я милого найду?

         - Анна-Аннушка,
      Красно солнышко!
      Когда срок придёт,
      Милый сам найдёт.

      - Хорошо бы так,
     Только вот беда:
     Под лежач камень
     Не течёт вода.

    Не течёт вода
    Под камень лежач.
    Знать, самой ладью
    Снаряжать...