ellen_solle (ellen_solle) wrote,
ellen_solle
ellen_solle

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Category:

Предисловие к книге "Образ Гумилева..." (Продолжение - 8)

ВАДИМ КРЕЙД

                      РАБОТНИК РУССКОГО РЕНЕССАНСА (продолжение - 8)

        О том, какой резонанс нашло творчество Гумилева в литературе зарубежья, можно было бы писать книгу - настолько широко, продолжительно, многообразно оказалось влияние гумилевского наследия, настолько влекущим и прекрасным представляется в странах русского рассеяния сам образ мужественного поэта. В этой книге можно было бы со многими подробностями рассказать о Сергее Маковском, вместе с Гумилевым основавшим "Аполлон", а в эмиграции, в Праге, посвятившем ему цикл сонетов "Нагарэль". Рассказать о белом воине Иване Савине, взятом в плен в Крыму, чудом спасшемся из плена и бежавшем  в Финляндию. Героика в стихах Ивана Савина созвучна гумилевской. Рассказать об окончившей свои дни в немецкой деревушке Оттерсвейер Марии Волковой, о которой генерал Краснов писал: "Дочь сибирского казака и уральской казачки... Страшный, неистово лютый ледяной поход через всю Сибирь... В нем - ужасная смерть горячо любимого отца, героя колчаковского похода, потеря дочери-первенца. А потом - изгнание, чужбина, бедность, сознание своей неприкаянности". Нужно было бы сказать подробно о гумилевской линии у поэтов второй эмиграции - у В. Завалишина, издавшего в лагерях Ди-Пи четырехтомник Гумилева - первое послевоенное издание. О прожившем пятьдесят лет на калифорнийском берегу киевлянине Николае Моршене, о Юрии Трубецком, коротавшем свои последние дни в немецкой провинции. Из всех влияний на эмигрантскую поэзию, кроме пушкинского, гумилевское оказалось мощнейшим.
           До восьмидестых годов ХХ века зарубежье оставалось центром собирания гумилевского наследия. Первые собрания сочинений Гумилева выходили, увы, не в России, также и первые книги о нем. И совсем уж безотрадно вспоминать, что первая диссертация о поэте была написана по-французски (1952), первая монография (1978) вышла по-английски. Книга слабенькая, но и она в свое время поддержала живое пламя памяти и интерес к наследию путешественника, воина, поэта. И только начиная с 1986 года центр изучения творчества Гумилева перемещается в Москву и Ленинград. Но разве в течение десятилетий его имя и наследие начисто были забыты в Советском Союзе? Забвения добивались властвующая идеология и ее цензура, но целенаправленные заградительные усилия не достигли цели. Любовь к стихам Гумилева не угасла. Интерес к его творчеству был подспудный, подпольный, тайный, и поэтому особенно широким быть не мог, но все же никогда не прекращался. У Иды Наппельбаум, поэтессы, дочери известного петербургского фотографа М. С. Наппельбаума, фотографировавшего Гумилева, в комнате висел его портрет. Портрет редкий - не фотография, а живопись художницы Шведе-Радловой, для которой Гумилев специально позировал. Ида Наппельбаум хорошо знала Николая Степановича; когда он был арестован, она носила ему передачи. В 1937-м, в жуткий год дикий арестов, муж Иды Моисеевны, опасаясь обыска, уничтожил драгоценный портрет. Прошли годы, и однажды ночью за ней явились и сказали: "Мы не добрали вас в тридцать седьмом". Ей инкриминировали и дружбу с Гумилевым, и уничтоженный портрет, висевший в ее комнате четырнадцать лет тому назад, и приговорили к десяти годам лагерей.
            В Калифорнии я встречал замечательного поэта Николая Николаевича Моршена, эмигранта второй волны. Меня заинтересовало его стихотворение о Гумилеве, и он в ответ рассказал о своей жизни в довоенном Киеве: "В моей компании все увлекались Гумилевым. Я случайно познакомился с одной старушкой, у которой были все его сборники, но из квартиры она их не выпускала. Однако разрешила мне приходить и переписывать все что угодно. Я так и делал, а потом приходил в свою компанию и все переписанное читал. Однажды в 37-ом, помнится, году, вечером в университете в антракте какого-то концерта я шел по коридору и, проходя мимо стоявшей у окна парочки, услышал, как студент читает студентке Гумилева. Я глянул на него, он поднял голову, и мы обменялись понимающими улыбками, как два авгура... Вот из сплава всего этого и родилось стихотворение "С вечерней смены сверстник мой..." (включено в настоящее издание).

(продолжение следует)
Tags: Вадим Крейд, Гумилев, предисловие, продолжение-8
Subscribe

  • "Граждане ночи" - 602.

    БАХЫТ КЕНЖЕЕВ (продолжение стихотворения "Что делать, родная, - метельный балет...") Иному - плевать на такой приговор. Ему до могилы…

  • "Граждане ночи" - 601.

    БАХЫТ КЕНЖЕЕВ * * * Что делать, родная, - метельный балет не трогает мерзлой земли. Куда мне девать лотерейный билет, в котором сплошные нули?…

  • "Граждане ночи" - 600.

    БАХЫТ КЕНЖЕЕВ (Продолжение стихотворения "Воротиться в родные пенаты...") * * * Что мне чудится? Хрип? Или ропот репродуктора возле виска?…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments