ellen_solle (ellen_solle) wrote,
ellen_solle
ellen_solle

Из книги "Образ Гумилева в советской и эмигрантской поэзии"

ИРИНА ОДОЕВЦЕВА

             БАЛЛАДА О ГУМИЛЕВЕ

На пустынной Преображенской
Снег кружился и ветер выл...
К Гумилеву я постучала,
Гумилев мне дверь отворил.

В кабинете топилась печка,
За окном становилось темней.
Он сказал: "Напишите балладу
Обо мне и жизни моей!

Это, право, прекрасная тема".
Но ему я ответила: "Нет.
Как о вас напишешь балладу?
Ведь вы не герой, а поэт".

Разноглазое отстветом печки
Осветилось лицо его.
Это было в вечер туманный,
В Петербурге на Рождество...

Я о нем вспоминаю все чаще,
Все печальнее с каждым днем.
И теперь я пишу балладу
Для него и о нем.

           *    *    * 
Плыл Гумилев по Босфору
В Африку, страну чудес,
Думал о древних героях
Под широким шатром небес.

Обрываясь, падали звезды
Тонкой нитью огня.
И каждой звезде говорил он:
"Сделай героем меня!"

Словно в аду полгода
В Африке жил Гумилев,
Сражался он с дикарями,
Охотился на львов.

Не раз ему гибель грозила,
В пустыне под "небом чужим".
Когда в Петербург он вернулся,
Друзья потешались над ним:

"Ах, Африка! Как экзотично!
Костры, негритянки, там-там,
Изысканные жирафы,
И друг ваш гиппопотам".

Во фраке, немного смущенный,
Вошел он в сияющий зал
И даме в парижском платье
Руку поцеловал.

"Я вам посвящу поэму,
Я вам расскажу про Нил,
Я вам подарю леопарда,
Которого сам убил".

Колыхался розовый веер,
Гумилев не нравился ей.
"Я стихов не люблю. На что мне
Шкуры диких зверей..."

Когда войну объявили,
Гумилев ушел воевать.
Ушел. И оставил в Царском
Сына, жену и мать.

Он был среди храбрых храбрейшим,
И, может быть, оттого
Вражеские снаряды
И пули щадили его.

Но приятели косо смотрели
На георгиевские кресты:
"Гумилеву их дать? Умора!"
И усмешка кривила рты.

"Солдатские по эскадрону
Кресты такие не в счет.
Известно - он дружбу с начальством
По пьяному делу ведет!"

Раз, незадолго до смерти,
Сказал он уверенно: "Да,
В любви, на войне и в картах
Я буду счастлив всегда!..

Ни на море, ни на суше
Для меня опасности нет..."
И был он очень несчастен,
Как несчастен каждый поэт.

Потом поставили к стенке
И расстреляли его.
И нет на его могиле
Ни креста, ни холма - ничего.

Но любимые им серафимы
За его прилетели душой.
И звезды в небе пели:
"Слава тебе, герой!"
Tags: Гумилев, Ирина Одоевцева, память.
Subscribe

  • Из жизни лит. сотрудника...

    Я уже писала, что когда-то работала литературным сотрудником в отделе поэзии журнала "Дружба народов". В то время редакция была обязана…

  • Стихотворение Ивана Елагина

    Это было где-то в середине 80-х. К сожалению, точно год я не помню. Мы с Андреем подписывались на разные "толстые" журналы, на которые…

  • Два смешных эпизода

    Однажды в мой очередной приезд в Ленинград произошло вот что. Я соскучилась по своим питерским друзьям и бегом побежала в редакцию "Невы".…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments