December 17th, 2014

котенок

Николай Панченко. "Обелиски в лесу" - 14.

* * *
В. Ш.

Нет денег, хоть надо их не много...

А нам сегодня б выбраться туда,
где лес ладошками кленовыми
перебирает провода,
и над землей - вечерний звон,
как зов сердечный издалека.
Где небо черное, как зонт,
пилот роняет с самолета.

Таруска. Берег. Как во сне -
и лес, и дом, приблудший к лесу.

Там нынче мелкой крупкой снег
шуршит по мерзлому железу.

Там все - в заботах о тепле.
Шаги размеренны, негулки.
Лишь тень любви моей к тебе
там громко топчет переулки.

СЕНТЯБРЬ

Сентябрь то солнцем просочится,
то сонным громом разворчится,
то на поля и города
опустит с неба провода,
то лес тряхнет, то рыжей кистью
мазнет по рощам и лугам.
И тянет полный невод листьев
к ноябрьским белым берегам.

ПОСЛЕДНЯЯ ОХОТА

Я шел и шел,
а лесу нет конца.
Три шалаша оставил на пути.
Трех глухарей в вершинах сосен срезал -
и падали они, как рюкзаки,
и шлепались.
И было тихо-тихо,
и судороги птицы сквозь орешник
я слышал четко метров с сорока.
И два дымка:
один ружейный - сизый,
другой - рябой от пуха и от перьев -
неслышно оседали на кусты.
И птицу неостывшую,
но с шеей как тряпочной, безвольной,
брал я в руки,
глядел в глаза, затянутые пленкой,
смотрел на клюв, в котором, как обычно,
была зажата ветка или травка,
как будто, ухватившись за нее,
глухарь пытался удержаться в жизни.
Я руки вытирал платком
и, помню, бросал платок
на липкие кусты,
зеленые и ржавые от крови.
И дальше шел,
а может быть, стоял,
и это лес - березы, ели, сосны
шумели, убегая и цепляясь
ветвями за убитых глухарей.
А ты ждала.
И я вошел и бросил,
как три мешка, трех глухарей к ногам.
Запенились чертячие жаровни,
и перья заклубились над столами.
Пришли друзья с безменами и с водкой -
завешивали, ахали, галдели.
Все было честь по чести. Ты журила
за три платка, потерянных в лесу.

А я, ты знаешь, видимо, старею -
с жестоким правом чувство не согласно.
А может, сердце выросло и стало
привычек и обычаев умнее?
И я вернулся добрым великаном,
одним из тех, в которых ребятишки
швыряют безнаказанно снежки.