November 2nd, 2014

котенок

"В часе пути..." - 13.

* * *
Осиротевший город предвещал
неделю одиночества и скуки...
Но, слава богу, это не финал,
а только репетиция разлуки!

Беда застигнет месяцем поздней.
Под снегом. На перроне. В полусне.
При зрителях. Презрительных. Под гогот.

Приеду - буду спать, ходить в кино,
и мне поверят - натурально! Но
актер-то знает, как игра убога...
1967

СОН

"Комната Эмиля Верхарна" - табличка на дверях
номера 341 руанской гостиницы "Норд".
"Из этого номера Верхарн отправился на вокзал
и попал под поезд, с которым должен был уехать
в Париж..." - из памятки той же гостиницы.

В Руане,
на четвертом этаже
отеля "Норд",
в том номере, который
снимал Верхарн,
лежу за синей шторой,
и жизнь моя на волоске уже.
Мне предстоит последний мой рассвет,
последний взгляд на Башню Часовую.
Готов портплед. И котелок надет.
Вот я схожу, извозчика зову я.
Свистки. Платформа. Паровозный дым.
Нога ступеньку шарит. Оступаюсь...
Лечу в небытие - и... просыпаюсь.
Спустя полвека. Цел и невредим.
Электробритвой бреюсь второпях -
"Рапид" в Париж уходит ровно в восемь.
Мне столько нужно сделать, что авось я
не попаду в табличку на дверях.
Я завтракаю кофе с молоком,
на улице промозгло и туманно.
Фиакров нет... Такси не по карману.
И Жанна д*Арк (1) ведет меня пешком.
1968
------------
(1) Улица в Руане

* * *
Без тебя и Париж - это город, и только...
Нет, конечно, осталась какая-то толика
от несуетных мыслей сен-жерменских проулков,
от Бульмиша с его карнавальною сутолокой...
Уезжая на юг, ты мне царственным жестом оставила
чернь решеток на окнах
и зебр, притворившихся ставнями,
и невольным укором -
площадь Тэртр на Монмартре, глядящем на город
во все глаза, -
забулдыжный, булыжный, забитый холстами вокзал,
где так редко -
ах, как редко! - останавливается удача...
Но художники ждут у мольбертов,
озираясь, малюя, судача.
Может быть, повезет!... А пока пожилой бородач
мой портрет набросает углем
за пять франков и тут же их спустит
в кабачке "Дю богем" за углом.
Я его пощажу, я ему не скажу:
"Старина, опоздал, опоздал..."
Сам я тоже замешкался...
Выручайте меня, поезда!
Мне осенний Париж,
как охапка прощальных каштановых листьев, подарен,
но единственный, тот,
где прописана ты,
передвинулся к югу, к Луаре...
1968